Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда пересмотрела результаты судебных исков о цене моральных страданий родственников, у которых умерли близкие люди. Немало граждан считают, что их близких неправильно лечили и поэтому медики должны компенсировать им моральные страдания от потери родного человека.
Тема эта очень болезненная. На сегодняшний день единой судебной практики по таким спорам нет. Подобные «компенсационные» дела на докторов вообще очень трудно и неоднозначно проходят в наших судах. Поэтому так важны эти разъяснения Верховного суда. И хотя они сделаны Верховным судом для своих коллег — судей, но применение норм права, о которых говорит высокий суд, может оказаться полезным и тем, кто столкнулся с такой ситуацией.
Наша история началась с того, что в городскую клинику в Ханты-Мансийском округе обратился местный житель. Ему было очень плохо — мучал кашель, одышка и высокая температура. Больной провел в клинике несколько часов, ему стало совсем плохо. Человек упал и умер прямо на глазах у врачей, которые ничего страшного у него не увидели.
Вдова, когда пришла в себя после несчастья, посчитала, что в гибели супруга виноваты медики, и решила взыскать с больницы три миллиона рублей в качестве компенсации морального вреда.
Гражданка обратилась с иском в суд, в котором рассказала, что мужа ночью в больнице осмотрел дежурный терапевт. Он-то и поставил диагноз «ОРВИ и острый бронхит», а также назначил лечение. Но уже через три часа после госпитализации в палате мужчина скончался. Позже вскрытие покажет — человек умер от тромбоза.
По мнению истицы, в гибели мужа виноваты врачи, которые поставили неправильный диагноз и не назначили нужное лечение. Вдова заявила в суде, что требует компенсации морального вреда из-за «несвоевременной и некачественной медпомощи». Со слов вдовы, отношение к ней было ужасным — женщине долго не могли рассказать, что происходит с мужем, а в момент клинической смерти его нашли на полу.
Эксперты подтвердили, что нарушения были. Судя по материалам дела, сначала проводили проверку местные чиновники.
Проверка Департамента здравоохранения ХМАО-Югры показала, что дежурный терапевт не назначила полное обследование пациента, неверно оценила тяжесть его состояния, не проконтролировала выполнение своих назначений. Но добавили, что, по их мнению, в случившемся есть и вина самого пациента, который обратился за помощью слишком поздно и провел в стационаре слишком мало времени, уточнили проверяющие.
Эти доводы в целом подтвердила судебно-медицинская экспертиза. Получилась следующая ситуация — по заключению специалистов помощь больному оказали некачественно и несвоевременно, медицинские документы заполнили плохо.
Хотя, с другой стороны, по мнению экспертов, тромбоз мог произойти в любой момент времени, и даже эффективное лечение никак от этого не спасает. То есть с таким диагнозом прогноз для пациента все равно получался плохим.
Итог всех проверок — лечили неправильно, но спасти пациента вряд ли могли.
Из такого заключения Мегионский городской суд сделал вывод, что иск можно удовлетворить. Правда, частично. Но вот в какой части — компенсировать моральные страдания истице никто не будет, так как мужчина погиб не по вине врачей. Но клиника все же должна заплатить истице за неправильное лечение мужа 750 000 рублей компенсации морального вреда.
Но вторая инстанция — суд автономного округа — такое решение отменила. Он решил, что нижестоящая инстанция разрешила два требования: отказала вдове в компенсации за смерть ее мужа, и присудила ей же компенсацию за неправильное лечение.
С первой частью апелляция согласилась, но отменила решение о выплате 750 000 рублей. По мнению суда округа, первая инстанция — городской суд, вышла — , за пределы заявленных требований. Истица требовала компенсацию за моральные страдания из-за смерти, наступившей в результате неправильного лечения, а не за само неправильное лечение.
С мнением судей округа не согласился Верховный суд РФ. По его заявлению «апелляция неправомерно разделила одно исковое требование на два самостоятельных». Это произошло, потому что суд субъекта не принял во внимание фактические основания иска.
Вдова писала в иске, что мужу неправильно поставили диагноз, оставили без лечения, а в момент клинической смерти он лежал на полу. Истица переживала нравственные страдания из-за состояния близкого человека, но апелляция это проигнорировала, заявила Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ. Она отменила постановление суда округа и оставила в силе решение первой инстанции.
Сейчас обсуждается введение новой статьи в Уголовный кодекс, которая посвящена «врачебным преступлениям».Так недавно Следственный комитет раскрыл содержание новой статьи, которая вводит уголовную ответственность за так называемые — ятрогенные, то есть связанные с врачебными ошибками, преступления.
СКР предложил ввести новую статью в Уголовный кодекс — статья 124.1 «Ненадлежащее оказание медицинской помощи (медицинской услуги)» и статья 124.2 «Сокрытие нарушения оказания медицинской помощи».
Статья 124.1 предполагает уголовную ответственность за «ненадлежащее оказание медицинской помощи или услуги», если это повлекло за собой смерть человека или двух и более лиц либо «гибель плода человека и/или причинение тяжкого вреда здоровью человека». Наказание — штраф от 200 до 500 тысяч рублей. Либо лишение свободы на срок от двух до семи лет и запрет занимать определенные должности.
Статья 124.2 предусматривает уголовную ответственность за внесение недостоверных сведений в медицинскую документацию, ее сокрытие либо уничтожение. А также за «подмену биологических материалов с целью сокрытия ненадлежащего оказания медпомощи другим медицинским работником», действия которого повлекли смерть, причинение тяжкого вреда здоровью либо гибель плода».
Наказания за те же деяния, совершенные руководителями медицинских организаций, — принудительные работы или лишение свободы на срок до четырех лет и запрет на занятие деятельностью.
После того, как медицинские преступления будут сконцентрированы в одной статье УК, врачей больше не будут судить по статьям «Причинение смерти по неосторожности», «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» и «Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности». Об этом заявил президент Национальной медицинской палаты Леонид Рошаль. Именно на эти три статьи приходится большинство случаев привлечения медиков к уголовной ответственности. -И потому придумано ввести вместо трех одну статью. Но я полагаю, что судить врачей, с тем чтобы их посадить, можно только в случае умышленного, подчеркну, умышленного вреда здоровью, — сказал Рошаль.
По статистике Следственного комитета, в 2018 году до суда дошли 300 уголовных дел о врачебных ошибках. Всего в СКР поступило 6500 жалоб на действия медиков, а возбуждено было 2029 уголовных дел.
Уполномоченный по правам человека в КЧР
З. Н. Умалатова
