Одну из самых болезненных тем затронул Верховный суд, когда пересматривал вердикт своих коллег — те оставили маленькую девочку жить с папой после развода. А маму ограничили в родительских правах. Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ заявила, что деление было неправильным, и объяснила, чем руководствоваться и как поступать в аналогичных ситуациях.
Учитывая количество разводов и детей, которые воспитываются в неполных семьях, подобные разъяснения очень актуальны. Наша история началась в Ставрополе, где в районный суд поступил иск от мужа к жене. Мужчина просил суд расторгнуть брак и определить место жительства дочери с ним, так как у него условия для ребенка — лучше. Следом в суд пришла его жена с таким же иском. Она сказала, что после ухода мужа ребенок остался с ней, а отец «не выполнял обязанности по содержанию дочери». Вместо этого он хитростью забрал малышку и не возвращает ее.
Суд Промышленного района города соединил оба дела в одно. После этого муж дописал в свой иск требование к жене о выплате алиментов на ребенка.
Через несколько месяцев отец попросил ограничить в родительских правах супругу, так как она не заботится о девочке и вообще, опасна для ребенка. В ответ жена подала встречный иск, в нем требование — ограничить в правах отца, так как он еще до вступления в законную силу решения суда, с кем будет жить ребенок, забрал девочку себе. А еще мать рассказала, что есть график общения с ребенком, но отец всячески препятствует ее встречам с дочкой.
В итоге все иски — о разводе, алиментах, ограничении родительских прав райсуд объединил в один. Требования отца суд удовлетворил полностью, решив, что ребенок остается с отцом, мать в родительских правах ограничена и будет платить алименты. Апелляцию это решение устроило.
Мать дошла до Верховного суда, который решил, что есть основания отменить вердикт коллег, так как «нарушены нормы материального и процессуального права» судами первой и апелляционной инстанции.
Вот аргументы Верховного суда.
В деле есть акты обследования жилищно-бытовых условий живущих раздельно отца и матери. У родителей оказались благоустроенные квартиры. Они в хорошем состоянии. У девочки в квартирах матери и отца есть своя комната.
Комиссия по делам несовершеннолетних района объявила замечания обоим родителям и потребовала от них не причинять ребенку своим конфликтом моральные страдания и пойти к семейному психологу. Суд назначил экспертизу для психологического анализа конфликта. Эксперты проанализировали, как ребенок относится к отцу и как к матери, и отдали предпочтение отцу. Опека также встала на сторону отца, хотя была против, чтобы мать ограничили в правах. В итоге райсуд заявил, что жизнь четырехлетней дочки с отцом отвечает интересам ребенка, а «аморальное поведение матери препятствует выполнению ею родительских обязанностей и должно повлечь ограничение матери в родительских правах».
С этим выводом Верховный суд не согласился. Он напомнил Семейный кодекс, что родителя — одного или обоих — можно ограничить в правах (статья 73). Но это возможно только в том случае, если оставлять ребенка с взрослым опасно для его здоровья — это психическое нездоровье родителя, другое хроническое заболевание или стечение тяжелых обстоятельств. Можно ограничить родительские права и в том случае, если поведение отца или матери опасны для ребенка, но этого недостаточно для лишения взрослого родительских прав.
Для решения об ограничении родительских прав, сказал Верховный суд, юридически значимым и подлежащим доказыванию является характер и степень опасности, возможные последствия для жизни и здоровья ребенка, если его оставят с таким родителем. Суд обязан исследовать все обстоятельства и не ограничиваться формальными условиями. А выводы о фактах не должны быть абстрактными. Но местные суды «не установили обстоятельства опасного для ребенка поведения родителя». Ссылка на выводы экспертов о стрессовом состоянии матери из-за конфликта с супругом не является достаточным критерием, позволяющим ограничить ее в правах. Тем более опека делает замечания обоим родителям, чтобы прекратили конфликт, уточнил Верховный суд.
А еще он добавил, что районный суд, в нарушение Гражданского процессуального кодекса, не указал в своем решении мотивы, на основании которых он пришел к выводу о виновном и опасном поведении матери, если оставить с ней ребенка.
Местный суд, сказала высокая инстанция, не учел, что заключение эксперта не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться вместе с другими доказательствами. А в деле есть рецензия на заключение экспертов и просьба матери приобщить это доказательство к делу. Но ей в этом суд отказал, заявив, что рецензия всего лишь копия. Хотя по закону суд должен помочь сторонам собрать дополнительные доказательства, а если надо, помочь в их получении. Но райсуд не предложил матери предоставить оригинал рецензии, хотя она указывает на существенные недостатки проведенной экспертизы. Так эксперты, сказано в рецензии, факты реальной действительности устанавливают из текста ходатайства отца. А негативная установка отношения ребенка к матери названа необоснованной, так как осознанная готовность ребенка жить с одним из родителей не может сформироваться к четырем годам.
Верховный суд отменил все решения местных судов, сказав, что их нельзя признать законными и велел пересмотреть дело заново, с учетом своих разъяснений.
Уполномоченный по правам человека в КЧР
З. Н. Умалатова
