С интересной жизненной ситуацией разбирался Верховный суд РФ. Он проверял правильность доводов коллег о том, когда и при каких условиях гражданин может унаследовать неприватизированную квартиру. Подобные разъяснения могут оказаться важными для некоторых граждан, столкнувшихся с аналогичными ситуациями.
Рассмотрению спора в Верховном суде предшествовала вот такая история одной семьи. У пожилой женщины умерла дочь, после которой осталась однокомнатная муниципальная квартира. Мать решила, что квартира — ее наследство. Женщина знала, что дочь что-то оформляла при жизни. Но свидетельство о праве на наследство ей в нотариальной конторе не выдали, потому что наследодательница не успела завершить приватизацию.
Квартиросъемщица действительно подавала заявление на приватизацию за несколько лет до смерти. Но тогда чиновники ей отказали. Правда, сообщить об отказе забыли.
Тогда пожилая женщина пошла в суд с иском к городскому департаменту имущества. Три судебные инстанции разошлись во мнениях. В итоге дело дошло до Верховного суда.
Вот, что увидел ВС в материалах этого спора. История началась с того, что некая гражданка, проживавшая в муниципальной квартире, обратилась в департамент жилищного фонда с заявлением о приватизации этой однокомнатной квартиры. Но гражданка не приложила к своему заявлению важный документ — договор социального найма. Поэтому на свое заявление она получила отказ.
Но вот что интересно — про этот отказ чиновники ей сообщать не стали. А через пять лет гражданка умерла.
Ее мать написала нотариусу заявление о принятии наследства. Но нотариус отказался выдавать ей свидетельство, потому что не нашел доказательств, что эта квартира принадлежала дочери. Вот тогда наследница и пошла в суд с иском к городским чиновникам. В иске она просила включить квартиру в состав наследства и признать за ней право собственности.
Первым слушал иск районный суд, и он встал на сторону наследницы. Суд решил, что ее дочь при жизни выразила волю на приватизацию однушки. Просто завершить процесс приватизации не смогла «по не зависящим от нее причинам». А еще райсуд подчеркнул — чиновники не отказывали хозяйке в письменном виде, как того требует закон.
Проигравшие чиновники обжаловали это решение, и апелляция с ними согласилась. Горсуд заявил, что говорить о воле на приватизацию можно, только если гражданин подал соответствующее заявление с полным пакетом документов. Здесь этого не было. Попросив о приватизации, гражданка не приложила договор социального найма, следовательно, «не выразила свою волю на приватизацию в установленном порядке». В общем, горсуд отменил решение районного суда. Истица пожаловалась во Второй кассационный суд. Но и там ей отказали.
После кассации истица умерла. Правопреемником стал ее муж. Он и дошел до Верховного суда.
Во время разбирательства в Судебной коллегии по гражданским делам представитель департамента горимущества рассказал, что в том году, когда гражданка попросила о приватизации, у них действовало два постановления. И они предусматривали разную форму заявлений: одна форма — о подготовке документов для последующей приватизации, вторая — о передаче квартиры в собственность.
«Из заявления следует, что она просила только подготовить документы для последующей приватизации. То есть она подала заявление, которое по форме не выражает волю гражданина на передачу квартиры в собственность», — заявил в суде представитель городской администрации.
По его словам, пять лет гражданка не интересовалась судьбой своего заявления, и ничего не предпринимала, чтобы быстрее стать хозяйкой квартиры. И подобное бездействие в любом случае не могло бы привести к приватизации.
По словам чиновника, недостаточно подать заявление, нужно еще подписать несколько документов.
Ему судьи Верховного суда РФ задали всего один вопрос — обязан ли был департамент, когда отказал просительнице, сообщить ей об этом в письменном виде, чтобы она могла исправить ошибку — добавить документ и стать собственницей.
Представитель городской администрации вынужден был утвердительно ответить на вопрос и подтвердить, что ответ надо было отправить в установленный законом срок.
В итоге Верховный суд отменил отказные решения апелляции и кассации, оставив нетронутым решение районного суда и отправил дело на новое рассмотрение в горсуд.
Уполномоченный по правам человека в КЧР
З. Н. Умалатова
