Ювенальная революция в России не свершилась
Госдума приняла в третьем и окончательном чтении нашумевший закон о семейных побоях. Вопреки мнению скептиков, новые правила защищают жертв домашнего насилия. Так как упрощают наказание для тех, кто поднял руку на родных.
Новация в том, что наказание за семейные побои из уголовного становится административным. Теперь, когда в чьем-то доме бьется посуда и звенят пощечины, полиция не сможет развести руками, мол, вот убьет, тогда вызывайте. У нее появились весомые основания, чтобы приехать и разобраться.
Дебошира можно забрать, отвезти в суд и там потребовать 15 суток ареста за побои. До сих пор у правоохранителей не было подобных рычагов, чтобы оперативно вмешаться в семейную драму. Сейчас — будут.
С другой стороны, родители отныне защищены от уголовного наказания за простой шлепок. Ни одной маме больше не придется краснеть перед прокурором из-за такого. И ни один отец, пожуривший сына ремнем, не поедет в исправительный центр валить лес, отбывая принудительные работы.
Вряд ли хорошо бить детей (хотя на этот счет есть разные мнения). Но жизнь затейлива: иногда и самая любящая рука способна ударить.
Бесспорно одно: отвешенный в сердцах подзатыльник не должен ломать жизнь ни отцу, ни матери. А судимость даже без тюрьмы — это сломанная жизнь благополучного человека.
Как-то стало модным давать громким законам имена. Можно продолжить традицию и дать принятому закону имя одной из осужденных за шлепок родительниц. Например, принятый Госдумой закон можно было бы назвать законом Любови Калининой — жительницы Перми, осужденной в конце прошлого года за то, что ударила 12-летнюю дочь ремнем.
Девочка приноровилась тайком снимать деньги с маминой банковской карточки. Брала немного, покупала в основном сладости. Спустя какое-то время мама обнаружила недостачу и обратилась в полицию. Подумала — не воруют ли какие-то мошенники. Когда дело приняло серьезный оборот, ребенок сознался в том, что брал деньги. Мама сгоряча ударила дочку ремнем. Как уверяют правозащитники, на теле ребенка и синяка не осталось. К тому же слишком сильно ударить Любовь бы и не смогла — после болезни она является инвалидом второй группы и даже ходит с трудом.
Семья живет небогато, лишних денег нет. Возможно, хвататься за ремень было неправильно. Но все ли родители в подобном положении поведут себя точно по правилам педагогической науки?
На ударе ремнем все могло бы закончиться, и все должно было закончиться. Но, как рассказывает пресса, дочка пожаловалась отцу, а тот написал заявление на мать своего ребенка. Папа и мама давно в разводе, и, как пишут СМИ, отец хотел, чтобы дочь проживала с ним. А тут подвернулся «удобный» случай насолить бывшей жене.
Как рассказали «РГ» в прокуратуре Мотовилихинского района Перми, дело рассматривалось в особом порядке, так как подсудимая полностью признала свою вину. Прокуратура во время рассмотрения дела настаивала на виновности матери, защищая права несовершеннолетней. Тем более что девочка характеризовалась хорошо и училась на «четыре» и «пять».
Мировой суд признал Любовь Калинину — не судимую и не состоящую на учете у нарколога или психиатра — виновной и назначил штраф в 10 тысяч рублей. Вторая инстанция поддержала первую. Так Любовь Калинина стала судимой. Это вечное пятно в биографии: осуждена за избиение собственного ребенка. В анкетах это будет выглядеть именно так, никто не станет вдаваться в детали.
Пальцем показывать не будут, но человека с таким клеймом не возьмут на хорошую работу. Кстати, подросшего ребенка тоже, скорее всего, не примут в серьезные структуры, например, спецслужбы: родитель ведь судим. Интересно, задумается ли хоть какой-нибудь прокурор, требующий «в интересах несовершеннолетнего» наказания отца или матери, какую карьерную яму копает этому самому несовершеннолетнему?
Если бы не принятый закон, с нового года родители рисковали оказаться в исправительных центрах за шлепки.
Принятый закон должен смыть пятно с биографии Любови Калининой. Сейчас депутаты исправили положение, сложившееся после больших поправок в УК летом прошлого года. На самом деле тот прошлогодний закон не ставил задачу как-то усложнить жизнь родителям. Конкретно борьба с семейным насилием вообще в повестке не стояла, речь шла о системных изменениях, направленных на гуманизацию системы наказаний. Но так вышло, что семейные побои стали отдельно упоминаться в УК.
Изначально тогда предполагалось статью «Побои» целиком перенести в КоАП. Однако в правовом сообществе вспыхнула дискуссия, якобы собираются «легализовать» побои. Аргумент абсурдный. Все равно что сказать, мол, у нас легализованы выезд на встречку или превышение скорости, раз наказание за них предусмотрено не в УК, а КоАП. Глупо звучит, ведь правда?
Главный вопрос: чтобы наказание соответствовало проступку, а не в том, где именно прописаны санкции. Тем не менее при подготовке летнего закона ко второму чтению было принято компромиссное, как тогда казалось, решение. Статья «Побои» осталась в УК для наиболее опасных ситуаций: побои из хулиганских побуждений, расовой, политической и тому подобной вражды, а также побои в отношении близких лиц.
Некоторая логика в этом решении была: семейное насилие страшная вещь. Подчас оно опасней, чем какой-то житейский конфликт на улице. Поэтому нужна специальная защита от домашнего тирана.
Но авторы принятой летом и ныне отмененной нормы увидели только одну сторону медали. Уголовная статья «Побои» в принятой редакции не защищала жертв домашнего насилия, но могла стать инструментом в руках приверженцев так называемой «ювенальной» юстиции. Она позволяла включить медленный и неотвратимый маховик уголовного дела там, где его лучше не включать: при шлепках вольных или невольных в благонравных семьях.
По ней нельзя было арестовать обвиняемого, а значит, вызов полиции на семейный скандал заканчивался ничем. Правоохранители проводили воспитательную беседу и удалялись. Тиран оставался наедине с семьей. А близкие должны были сами инициировать разбирательство и бегать по инстанциям, добиваясь спасения и наказания.
Необходимо подчеркнуть, что по отменяемым нормам реальный срок благополучным родителям не грозил: когда человек совершает впервые нетяжкое преступление без отягчающих обстоятельств, нельзя назначить лишение свободы. Так что ни после летних поправок, ни до них никто не сел в колонию за подзатыльник своему ребенку и не мог сесть в принципе. Но судимость сама по себе вредит жизни.
За решетку за побои попадали лишь в самых вопиющих случаях, когда отец рецидивист, и кроме шлепков успел много чего натворить. Например, в конце прошлого года в Курганской области отправили в колонию мужчину, регулярно избивавшего трех сыновей, а также заставлявшего детей приносить сигареты и пить водку вместе с ним. Ему вменили несколько статей УК, оттого и вышел реальный срок.
Однако с нового года появился риск, что за подзатыльники даже респектабельные отцы могут отправиться в исправительные центры, отбывать только что введенное наказание — принудительные работы. В теории это более гуманное наказание, чем лишение свободы. И все же человеку придется реально покинуть семью и уехать в какие-то неблизкие края под надзор граждан начальников. Но теперь ни один прокурор не сможет предъявить уголовное обвинение родителю, не сумевшему сдержать себя в руках.
Уполномоченный по правам человека в КЧР
З. Н. Умалатова
